Беларуска Екатерина по образованию — учитель истории. После университета она успела поработать в минской школе и колледже, но вскоре уехала в Польшу. А с мечтой быть учителем истории не рассталась — и начала снова учиться в эмиграции. MOST поговорил с беларуской о втором пути в профессию, методиках обучения и отношении к детям в Беларуси и Польше.
Екатерина окончила исторический факультет БГУ и поступила в магистратуру по специальности «педагогика». А спустя два года продолжила обучение по специальности «всемирная история» в аспирантуре Республиканского института высшей школы. Однако защититься не успела: полтора года назад беларуске пришлось экстренно уехать из страны. Она отсидела «сутки» по «политической» статье, и после освобождения силовики не оставляли ее в покое.
«Самым ярким моментом работы в школе стали выборы»
До отъезда Екатерина успела поработать в школе, правда, сначала не по специальности — она была учителем младших классов.
— Наверное, самым ярким моментом за три года в школе стали местные выборы, на которых меня заставили быть наблюдателем.
По словам беларуски, в первый же день досрочного голосования на ее глазах члены комиссии вбрасывали бюллетени в урну. Тогда ее это поразило.
— Я просто в шоке пошла об этом говорить завучу и директору школы. Но в ответ мне просто сказали: «Ты ничего не видела», — и больше уже не просили участвовать в избирательной кампании.
«Каждый мой урок в 2020 году заканчивался фразой «Жыве Беларусь»
После этого инцидента Екатерина не разочаровалась в выборе профессии и не собиралась ее бросать. Правда, для себя сделала вывод: систему образования в Беларуси нужно реформировать.
Спустя три года работы в средней школе беларуска устроилась учителем истории в Минский городской педагогический колледж.
— В колледже я преподавала с 2020 по 2021 год. Тогда почти каждый мой урок заканчивался фразой «Жыве Беларусь». Конечно, я ждала, что меня уволят. Удивительно, но как-то смогла продержаться целый год.
Екатерина вспоминает, что во время работы в колледже была «не самым приятным человеком для администрации», к ней на уроки часто приходила завуч с проверкой.
— Однажды завуч пришла на мое занятие на тему Октябрьской революции, а после сделала несколько замечаний. Главной претензией было то, что я на уроке слишком часто произносила слово «революция». Она мне так и сказала: «Вы что, не знаете, какая у нас политическая ситуация в стране?»
Написала письмо ректору
В эмиграции Екатерина не задумывалась о смене профессии. Сразу после переезда в Польшу она начала искать вуз, где могла бы пройти магистратуру. Выбрала университет имени Адама Мицкевича в Познани. Там беларуска учится уже почти год.
Для поступления требовалось подтвердить знание польского языка на уровне В2. Этот экзамен Екатерина смогла успешно сдать только со второй попытки. Учится она платно.
— Поблажек для иностранцев никаких нет, зато стоимость образования намного ниже, чем в Беларуси — шесть тысяч злотых в год (около 4940 рублей; здесь и далее — по курсу Нацбанка на 7 апреля 2024-го. — Прим. ред.).
После первой сессии Екатерина выбрала специальность «преподавание». Ее цель — вновь работать учителем, но уже в польской школе. Но на этом пути хватает бюрократических сложностей.
— Например, после сдачи зимней сессии должна была начаться практика в школе. Но меня к ней не допустили, так как я не проходила практику, которую польские студенты проходят во время бакалавриата. Позже выяснилось, что эти три недостающие практики мне нужно отработать. Для этого необходимо получить специальную страховку для работы в школе, но главное — это нострификация диплома (процедура признания документов об образовании. — Прим. ред.), которой я до этого вообще не занималась. Тогда я впервые задумалась, что зря затеяла всю эту историю с магистратурой.
Тогда Екатерина написала письмо ректору с просьбой помочь ей в быстром подтверждении беларусского диплома. Кроме того, в письме беларуска указала, что является магистранткой вуза, поэтому считает, что нострификация должна быть для нее бесплатной — по общему порядку ее стоимость составляет примерно тысячу долларов (примерно 3250 рублей). Сейчас Екатерина ждет ответа.
Магистранты должны находить школу для практики самостоятельно. Но Екатерина надеется, что с поиском места ей как иностранке поможет университет.
«Готова ко всему, лишь бы вернуться в профессию»
Екатерина не идеализирует польскую систему образования, говорит, что в ней тоже много проблем. Одна из основных — невысокие зарплаты. Они регулярно становятся причиной забастовок. Да и дополнительные занятия с детьми не оплачиваются.
Но после Беларуси Екатерине не привыкать к трудностям.
— Буквально неделю назад в университете рассказывала о своем опыте преподавания в Беларуси. Для этого подготовила целую презентацию, от которой поляки были, мягко говоря, в ужасе и в конце сказали: «А мы тут еще плачем, что у нас все плохо».
Беларуска признает, что к польскому формату обучения ей еще предстоит привыкнуть. В Польше курс не делится на всемирную историю и польскую, а подходить к оцениванию детей нужно очень аккуратно, чтобы их лишний раз не травмировать.
— Здесь дети обучаются в атмосфере свободы, привыкли проявлять индивидуальность, а у нас дети сидят смирно по команде и смотрят прямо. Иногда я волнуюсь, что не справляюсь, — признается Екатерина.
Разнятся и оценки исторических событий.
— В Польше, например, все войны воспринимаются с большой долей трагизма, а в Беларуси — с большой долей героизма. Здесь также присутствует идеологическая обработка детей, но ее значительно меньше, чем в Беларуси.
Трудности Екатерину не останавливают. Она говорит, что готова ко всему, лишь бы вернуться в профессию.
