ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Из Минска вылетел самолет нестандартного авиарейса, а завтра будет еще один. Что необычного в этих полетах?
  2. БНФ предупреждал, но его не послушали — и сделали подарок Лукашенко. Что было не так с первой Конституцией Беларуси
  3. В Беларуси почти 30 тысяч новорожденных проверили на первичный иммунодефицит. Врачи выявили два редких заболевания
  4. Анна Канопацкая меняет фамилию
  5. Один из операторов придумал, как обойти ограничения по безлимитному мобильному интернету. Клиенты, скорее всего, оценят находчивость
  6. Семья Вани Стеценко из Гродно, деньги на лечение которого собирали со скандалом, «оставила все и улетела» из Дубая в Беларусь
  7. В Гомельской области БПЛА повредил дом, пострадала женщина — она в больнице
  8. На авторынке меняется ситуация — это может сыграть на руку покупателям
  9. Валютному рынку прогнозировали перемены. Возможно, они начались — в обменниках наблюдаются изменения по доллару
  10. «Вопросов куча». Лукашенко — о переговорах с США
  11. «Отравление всех без разбора, и детей, и взрослых». Химик прокомментировал идею Лукашенко удобрять поля солью
  12. Синоптики сделали предупреждение из-за погоды в воскресенье
  13. Суд в Гааге займется Лукашенко. Разбираемся с юристкой, чем ему это грозит


/

Освобождение знаковых фигур беларусского протеста — Виктора Бабарико, Марии Колесниковой и других — стало событием, которое может изменить политический ландшафт демократических сил. Как бывшие политзаключенные впишутся в существующие структуры? Станут ли они конкурентами Светлане Тихановской или усилят ее команду? «Зеркало» спросило об этом политического аналитика информационного агентства «Позірк» Александра Класковского.

Освобожденные политзаключенные (слева направо): Владимир Лабкович, Виктор Бабарико, Мария Колесникова и Александр Федута на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters
Освобожденные политзаключенные (слева направо): Владимир Лабкович, Виктор Бабарико, Мария Колесникова и Александр Федута на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters

По мнению эксперта, из группы освобожденных лидеров стоит выделить Виктора Бабарико и его сторонников. В 2020 году, если бы не тюрьма, именно он мог бы стать главной фигурой протеста, учитывая динамику сбора подписей. Теперь же, после выхода на свободу, перед ним стоит выбор: вернуться в политику или отойти от дел.

— По первой пресс-конференции сложно судить, готов ли Бабарико включиться в политическую жизнь. Нужно время, чтобы сориентироваться. Он оказывается в совсем других условиях — в эмиграции. После пресс-конференции появился неоднозначный резонанс. В частности, уклонение от вопросов об оценке войны в Украине вызвало разочарование и критику со стороны проукраинских беларусов. Но тут надо смотреть: это действительно от нехватки информации, как сказал Бабарико (и Колесникова с ним согласилась), или осознанная позиция, — рассуждает Класковский.

Если такая риторика — осознанный выбор, это может создать напряжение среди политической эмиграции, считает аналитик. Если же Бабарико по инерции ориентируется на широкие массы «политических неофитов», как это было в 2020 году, то сейчас ситуация изменилась.

— Он выброшен из страны, сейчас нет электоральной кампании, неизвестно, придется ли вообще Бабарико в каких-то выборах участвовать, — считает аналитик. — А за границей политическая эмиграция уже точно определилась в вопросе войны в Украине. И поэтому ему и Колесниковой также придется формулировать более четкие тезисы. Но стоит подчеркнуть, что Бабарико — мощный политический игрок. В 2020 году, уже после задержания политика, было распространено заранее подготовленное видео с призывом создавать новую партию «Разам». Тогда это было не совсем ко времени, но сейчас эта идея может быть расконсервирована.

Виктор Бабарико на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters
Виктор Бабарико на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters

Александр Класковский считает, что конкуренция в политической эмиграции неизбежно обострится:

— Офис Тихановской критикуют за то, что революция 2020 года проиграла и сейчас сложно генерировать какие-то оптимистичные стратегии быстрых перемен. Второй момент — кажется, что структуры Офиса успели бюрократизироваться, там уже выработалась определенная инерция в лозунгах и подходах. Поэтому конкуренция способна положительно повлиять на демсилы и заставить встрепенуться тех лидеров, которые после 2020 года уже прочно заняли свои ниши. В этом есть и плюсы, и минусы. Но многое будет зависеть от стиля поведения этой новой когорты «бабариканцев».

Он полагает, что объединение политических команд, как это произошло в 2020 году, сейчас маловероятно. «Бабариканская» группа может значительно усилиться и составить конкуренцию Офису Тихановской.

— Команда Тихановской по-прежнему исповедует принцип жесткого санкционного давления на режим. Я не уверен, что Бабарико захочет становиться именно на такую позицию. Тут тоже весьма вероятны расхождения, — рассуждает Класковский. — А если нет общей идейной или стратегической платформы, то на объединение тоже сложно надеяться. Бабарико — фигура очень заметная, неординарная, и захочет ли он идти в подчинение к Тихановской — большой вопрос. Если у него сработают внутренние амбиции или чувство ответственности за свою команду, которая старалась продолжать работу все эти годы, то вряд ли он захочет стать одним из заместителей Тихановской. Возможно, он и Колесникова займутся (если они в принципе решат входить в активную оппозиционную политику) созданием нового центра силы и своей структуры.

Но для этого Виктору Бабарико и его команде придется определиться с политической позицией и отношением к главным вызовам, которые стоят не только перед беларусскими демсилами, но также имеют значение в глобальном контексте.

— Расплывчатость формулировок на первой пресс-конференции нужно понять и простить. Но если подобная риторика сохранится через несколько недель или месяцев, то я не думаю, что Бабарико и его соратников ждет большой успех. Эмиграция — специфическая среда. Когда средства воздействия на людей в самой стране очень ограничены, то для любой политической эмиграции свойственно обострение внутренней борьбы — за идеи, ресурсы, структуры. И в этом может заключаться негативный момент, — предупреждает Класковский.